Неточные совпадения
Ведайте, ведайте, что я есмь
убийца возлюбленного моего
сына, его же мертва предали земле.
Смердяков бы убил и ограбил, а
сына бы обвинили — ведь Смердякову-убийце уж конечно было бы это выгодно?
— Нет, не удивляйся, — горячо перебил Митя. — Что же мне о смердящем этом псе говорить, что ли? Об
убийце? Довольно мы с тобой об этом переговорили. Не хочу больше о смердящем,
сыне Смердящей! Его Бог убьет, вот увидишь, молчи!
Тогда молчавший до этого
сын вступился за
убийцу и напал на свою мать, довольно грубо доказывая ей, что офицер не мог поступить иначе, что иначе его судом офицеров выгнали бы из полка.
Ему пробовал возражать красивый высокий блондин с закрученными усами — В. Н. Мартынов, видный чиновник удельного ведомства, Мартынов —
сын убийцы Лермонтова.
Если меня убьют или прольют мою кровь, неужели она перешагнет через наш барьер, а может быть, через мой труп и пойдет с
сыном моего
убийцы к венцу, как дочь того царя (помнишь, у нас была книжка, по которой ты учился читать), которая переехала через труп своего отца в колеснице?
— Помни,
сын мой, не злоупотребляй средством, если не хочешь стать
убийцей.
Мать Варнавки, бедненькая просвирня, сегодня сказала мне в слезах, что лекарь с городничим, вероятно по злобе к ее
сыну или в насмешку над ним, подарили ему оного утопленника, а он, Варнавка, по глупости своей этот подарок принял, сварил мертвеца в корчагах, в которых она доселе мирно золила свое белье, и отвар вылил под апортовую яблоньку, а кости, собрав, повез в губернский город, и что чрез сие она опасается, что ее драгоценного
сына возьмут как
убийцу с костями сего человека.
И насильственная клятва, данная под ножом
убийц, должна служить примером для вольных
сынов Нижнего Новгорода!..
— Несчастный! — закричал барон вне себя. — Это был
сын мой. Я
убийца его. Проклинаю тебя вместе с собою!
Коленопреклоненные, они горячо молились о душе
убийцы и самоубийцы Анжелики, хотя и применившей на практике суровый закон Бога-Отца — «око за око», но едва ли не заслуживавшей своей страдальческой жизнью прощение Бога-Сына, отменившего этот закон.
В глазах его Брут есть только
убийца детей своих [Имеется в виду осуждение на казнь римским консулом Брутом Луцием Юнием (ум. в 509 г. до н. э.) собственных
сыновей за участие в заговоре...
— Он не
сын, а… преступник, злодей!
Убийца!
— Вы думаете? Но, когда он идет к матери, он только
сын.
Сын не может быть
убийца, опомнитесь, генерал!
— Ты! — крикнул Сашка. — Ты, сукин
сын! Покажи мне твое лицо,
убийца… Смотри на меня!.. Ну!..
Мой
сынТобой убит. Судьба другого
сынаПослала мне — его я принимаю!
Димитрием его зову! Приди,
Приди ко мне, воскресший мой Димитрий!
Приди
убийцу свергнуть твоего!
Да, он придет! Он близко, близко — вижу,
Победные его уж блещут стяги —
Он под Москвой — пред именем его
Отверзлися кремлевские ворота —
Без бою он вступает в город свой —
Народный плеск я слышу — льются слезы —
Димитрий царь! И к конскому хвосту
Примкнутого тебя, его
убийцу,
Влекут на казнь!
Я выдала себя —
Мой
сын убит. Но как о том народу
Я повещу? Ты в том ли мне велишь
Крест целовать, что на моих глазах
Тобою купленная мамка
сынаУбийцам в руки предала?
Тут были все они, его судьи и
убийцы: и престарелый Анна со своими
сыновьями, тучными и отвратительными подобиями отца, и снедаемый честолюбием Каиафа, зять его, и все другие члены синедриона, укравшие имена свои у памяти людской — богатые и знатные саддукеи, гордые силою своею и знанием закона.
Убитого Ушакова хоронил весь город с музыкой и венками. Общественное мнение было возбуждено против
убийцы до такой степени, что народ толпами ходил к тюрьме, чтобы поглядеть на стены, за которыми томился Винкель, и уже через два-три дня после похорон на могиле убитого стоял крест с мстительною надписью: „Погиб от руки
убийцы“. Но ни на кого так не подействовала смерть Ушакова, как на его мать. Несчастная старуха, узнав о смерти своего единственного
сына, едва не сошла с ума…»
«Каждый день старуха Ушакова ездила на могилу
сына. Какая бы ни была погода, шел ли дождь, или бушевала злая вьюга, каждое утро часу в десятом ее лошади стояли у ворот кладбища, а она сама сидела у могилы, плакала и с жадностью, точно любуясь, глядела на надпись: „Погиб от руки
убийцы“».
В эту же первую ночь, с 12-го на 13-е августа, когда он (
убийца), после разговора с
сыном, лег один спать в своей комнате, началось его наказание.